Пройдя не больше десяти шагов по улице в Киото, Миехина слышит обычный «саундтрек», сопровождающий все ее появления в общественных местах. В летних сумерках ритмичному стуку ее «окобо» – сандалий на платформе – вторит щелканье затворов фотоаппаратов: целая стая фотографов-любителей пытается запечатлеть в самом выгодном ракурсе одну из женщин, которые в Японии пользуются высочайшим почетом.

Фотографы следуют за ней, пока, свернув в переулок, она не проскальзывает в дверь своего чайного домика, задвигая ее за собой. Теперь ее изумрудно-зеленое кимоно стоимостью в десятки тысяч фунтов – лишь тень на фотоснимке.

В прошлом туристам приходилось ждать часами, чтобы мельком увидеть одинокую гейшу по дороге к клиенту. Теперь у зевак богатый выбор.

После периода упадка, продлившегося много десятилетий, эта традиционная японская индустрия развлечений возрождается. В начале нынешнего года число гейш-стажерок – их называют «майко» – в Киото впервые за 40 лет вновь достигло ста.

Правда, древней столице Японии еще далеко до возврата к золотому времени 1920-х годов, когда в Гионе, самом знаменитом из местных кварталов чайных домиков, насчитывалось около 800 гейш.

Согласно статистическим данным, в 1965 году в городе было 76 майко. К 1978 году это число уменьшилось до 28, а в последующие годы колебалось между 50 и 80.

Эксперты полагают: тот факт, что в последнее время девочки-подростки часто стремятся в «плавучий мир» чайных церемоний, исполнения музыки и танцев, а также, что греха таить, кокетливых диалогов с нетрезвыми клиентами, свидетельствует, что японцы вновь начинают уважать свою традиционную культуру.

"Помню, много лет назад одна женщина мне сказала: „А как бы понравилось англичанам, если бы символом их страны слыли женщины, которых многие считают всего лишь проститутками в национальных костюмах?“ – поясняет Лесли Даунер, автор книги „Гейша: тайная история исчезающего мира“. Даунер полгода прожила среди гейш, собирая материал для исследования. „Теперь японцы намного меньше, чем раньше, стремятся казаться представителями западной культуры. Когда-то они параноидально боялись, как бы Запад не подумал о них чего-то плохого. Это особенно касалось гейш: даже японцы считали их слишком старомодным явлением“.

Хотя случаи аморальных интимных связей не являются чем-то неслыханным, мифы о гейшах сейчас постепенно рассеиваются благодаря беспрецедентному вниманию СМИ и тому факту, что чайные домики пяти кварталов гейш Киото, пусть с опозданием, но начинают пользоваться интернетом.

Экранизация бестселлера Артура Голдена „Мемуары гейши“ (2005 год) – хотя в эстетическом плане она так же далека от жизни гейш, как Голливуд от Киото в пространстве, – привлекла интерес подростков к этой профессии. В прошлом году одним из телевизионных хитов стал телефильм Hanaikusa по мотивам автобиографии Минеко Ивасаки – книги, которая была одним из основных источников романа Голдена.

Затем появились кибергейши, которые каждый день не только изучают традиционные искусства, но и проводят некоторое время за компьютером. Самые популярные блоги гейш привлекают по несколько тысяч посетителей в месяц, несмотря на то, что в этих сообщениях нет сплетен: этикет запрещает упоминать имена клиентов или описывать их поведение. Читатели увлеченно читают даже самые сухие отчеты о рабочих буднях майко.

„Гейши старой школы были ужасно высокомерными, их ничуть не заботило, что думают о них люди“, – поясняет Даунер, полагающая, что появление сайтов чайных домиков и размещение в интернете бланков для вербовки потенциальных майко отчасти объясняется заботой гейш о своих интересах в современном мире.

„Теперь они сильнее стремятся предложить миру имидж, который обеспечивал бы им больше дивидендов. Они наконец-то забеспокоились, что традиции гейш исчезнут, и решили принять меры“.

Дивиденды

Успех или провал нового подхода будет зависеть от учениц типа Миехины, которая в данный момент находится за стойкой бара в Harutomi, чайном домике в квартале Миягавадзо. Живет Миехина здесь же, при чайном домике.

„Не то чтобы я не хотела становиться майко, – говорит она на певучем киотском диалекте, разливая пиво по крохотным стопкам с тоненькими стенками. – Я просто не верила, что у меня получится. Я не была психологически готова столько учиться“.

Теперь Миехине 20 лет. Три года обучения у нее уже позади. До обретения статуса полноценной гейши осталось потерпеть лишь несколько месяцев. Талант к хореографии проявился у Миехины рано, но она не соглашалась на предложения нескольких чайных домиков Киото и смягчила свою позицию лишь после того, как отец благословил ее на это занятие. „Я знала: если я войду в этот мир, то буду жить совершенно не так, как другие девочки-подростки“, – говорит она.

Миехина не сожалеет о своем решении, хотя родных видит редко, а со школьными друзьями вообще потеряла связь. „Возможно, посторонним кажется, что жить так тяжело, но к странному ритму жизни майко быстро привыкаешь. За тобой постоянно наблюдают люди. Когда они жалуются, то потому, что хотят, чтобы я совершенствовалась в своем деле“.

Поскольку Миехина – единственная майко в Harutomi, когда-нибудь придет время, когда она сама станет управлять чайным домиком и обучать новое поколение.

„В этой профессии главное – качество, а не количество, – говорит Харуно, владелица чайного домика, в прошлом гейша. – Я рада, что больше девушек хочет стать гейшами, но тут не всякая справится. Пока они приходят сюда с правильными намерениями, я счастлива“.

Очевидно, на Миехину – девушку, которая когда-то с трудом решилась стать гейшей, а ныне, по словам ее постоянных клиентов, является одной из лучших танцовщиц в Миягавадзо – возлагаются большие надежды.

„Она – лицо Harutomi и когда-нибудь будет здесь главной, – говорит Харуно. – Если она допустит промах, то опозорит не только себя, но и чайный домик… и свою профессию“.

Ученица

Миехина встает в 8:30, съедает легкий завтрак и читает газеты: некоторые клиенты обсуждают с ней текущие новости. Следующие несколько часов она обучается игре на трехструнной лютне „сямисен“ и других инструментах, пению и танцам, искусствам чайной церемонии и учтивой беседы. После обеда с ее „матерью“ по чайному домику начинается подготовка к вечеру. Процедура макияжа может занимать час. Затем ученица отправляется в дом напротив, где ее слой за слоем заворачивают в кимоно, которое вместе с заколками для волос и другими украшениями весит несколько килограммов. В 6 часов вечера начинаются встречи с клиентами. Если Миехина работает в другом чайном домике, то к полуночи обязана вернуться в Harutomi. Она редко ложится спать раньше трех часов ночи. Второе и четвертое воскресенья месяца – выходные.

Инопресса